Я НА ТЕБЕ, КАК НА ВОЙНЕ

«Изнасилование» – эмоционально заряженное понятие, за которым прячется сразу многое: страх, возбуждение, черная родовая память о самцах, метящих территорию, и о войсках, берущих город и утверждающих право на завоеванных женщин. За ним – извечное низведение живой дышащей мыслящей и чувствующей личности до неодушевленного предмета, предназначенного для мгновенного удовлетворения по прихоти сиюмоментной «хотелки».

Я смотрю на девушку, которая утверждает, что ее изнасиловали. Я смотрю на юношу, который утверждает, что этого не делал. И понимаю, что ужас ситуации в том, что правдой может быть как одно, так и другое.

В сущности, передо мной – не просто девушка и юноша, настаивающие на своей невиновности/невинности и на вине другого. Передо мной – солдаты двух воюющих армий, а я – свидетель очередного сражения на территории нескончаемой войны, где пленных не берут и бьются до смерти. Ничего не поделаешь: мужчины и женщины ярче всего проявляются  в двух моделях отношений – в любви и в войне. О любви мы все всё знаем, интуитивно, в теории и на практике. А вот война… Как говорил король в «Мюнхгаузене», «война – это… война».  И в этой войне полов мы наблюдали разные эпохи.

Многие века безоговорочное преимущество оставалось за мужчиной, женщине оставляли унизительное подчиненное положение бессловесного автомата. В 1975-м для такой модели мироустройства нашла блистательно точный, хотя и  шокирующий термин Сьюзен Браунмиллер: «культура изнасилования». В ее рамках насильник всегда прав, а жертва всегда виновата.  За понятием «жизнь в культуре изнасилования» – века. И они эхом по-прежнему с нами: «раз – лежать, два – тихо!», «сучка не захочет, кобель не вскочит», «а че ты юбку короткую напялила и губы намазала – сама напросилась!», «да ей нравится, она для виду ревет», «да как ты нос-то из дому высунуть посмела, бесстыжая, после такого позора-то!».  При виде очередной растоптанной личности общество не испытывало сочувствия, а входило в обличительный раж, насилуя жертву еще раз – на этот раз осуждением. Термин «виктимблейминг» про это: вымазанные дегтем ворота, плевки вслед, брезгливый вакуум вокруг «порченой» и славу бесплатной женщины для утех, у которой теперь нет морального права на нормальную любовь, брак и уважение.

546

Но маятник качнулся в другую сторону,  и вчерашний хозяин положения сегодня сам становится жертвой. Отстаивавшие себя женщины мстили жестоко, вкус крови пьянил. На родине феминизма это стало принимать вполне уродливые формы: теперь уже мужчине отказывали в наличии души и чувств, его низвели до примитивного дикого животного, которое надо держать на цепи в клетке. А в ранг сексуального домогательства возводится любое проявление пола.  Открыл мне дверь, уступил мне место, подарил мне цветы, сделал мне кофе у аппарата в офисе? Сексист, единственная цель которого – завладеть моим телом! Не поставил зачет, не повысил в должности, уволил? Сексист, желавший меня, не получивший желаемого и отомстивший!

Фильмы 90-х, вроде «Разоблачения» с Майклом Дугласом и Деми Мур или «Диких штучек» с Кевином Бэйконом и Нив Кэмпбелл, не только первыми показали это явление. Они, увы, еще и стали руководством к действию для целого поколения ловких женщин-дельцов, сделавших не вывод «так делать плохо», а вывод «так делать можно, главное – не попадаться». Эти женщины пользовались плодами феминизма, взяв от них только оболочку и используя ее для манипуляций и шантажа.

879

Мужчины поняли: единственный способ уцелеть – всегда иметь алиби. Видеокамеры в кабинетах врачей и непременное присутствие медсестры при осмотре – мало ли, какое действие подкованная пациентка воспримет как домогательство? Открытая дверь в лаборантской: мало ли, что возомнит студентка, принесшая курсовую преподавателю?

Парадокс в том, что женщины, строящие свою стратегию на главных достижениях феминизма, неосознанно продолжают существовать в рамках культуры изнасилования, относясь к своему телу – как к вещи. Только теперь эта вещь – товар, предмет торга. Ее можно дорого продать, главное – заставить за нее заплатить с помощью страха, с помощью ловкой манипуляции.

Короткая юбка сработает, а дверь дегтем уже не вымажут. Вместо этого, конечно, дегтем неминуемо забросают в соцсетях, но это даже к лучшему, это добавит резонанса и поможет монетизации скандала: больше ведь нет нужды с позором запираться дома, теперь можно оказаться в эфире главных каналов и на первых полосах газет. В любой стране – в США, в Европе, в России. Сделав ставку на главу банка, президента страны, именитого спортсмена или актера, а то и на просто мужчину с деньгами, которых хватит на безбедную жизнь всей твоей семье.

Вот только мужчины – тоже не промах, они поднаторели в партизанских боях и нашли возможность обернуть телевидение и соцсети себе на пользу. И теперь любой насильник, утирая кулаком слезы горькой незаслуженной обиды, жалобно блеет: у нас все было по согласию, я не мог устоять, и тут она стала мне угрожать! Но я – смелый, с шантажистами не договариваюсь, я отказался, и тогда она… хлюп… она… отомстила, написала заявление! И вот я здесь, на вашем ток-шоу, дорогие Опра/Рози О’ДоннелАндрей Малахов, надеюсь добиться справедливости… хлюп… ведь все эксперты видят, что я говорю правду, а она врет, и свидетели у меня есть!

Мы все чаще сталкиваемся с историями, в которых секс – разменная монета. И даже самые наивные зрители уже безошибочно чувствуют ложь, «второе дно», фальшь и двусмысленность, а потому возмущаются и выбирают стороны, скорее, из случайных предпочтений, а не искренней веры. Это – война без правил, война за победу любым способом и ценой, война, где процветают только мародеры. Раз за разом мы растерянно разглядываем сложносоставные головоломки. Сначала мальчик-мародер пользуется «плохо лежащим» пьяным телом, а потом рассказывает мамочке и приятелям, что тело его спровоцировало. А потом жертва подмигивает и сама оказывается мародером: девочка, которая расчетливо выстроила мизансцену и воспользовалась беспечностью объекта, точно выбранного по принципу потенциально уязвимых мест.

Кого здесь жалеть, кому сочувствовать? Некому. Хотя побеждают на этой войне вовсе не мародеры. Побеждают стервятники. Все те, кто питает свое любопытство. Все те, кто наживается на скандале. Все те, кому, в сущности, абсолютно все равно, что там случилось с девочкой и мальчиком,  и кто из них на самом деле говорит правду. Правда в этой очередной  войне никого не интересует.

Об авторе:

10

ЛЮЦИЯ СУЛЕЙМАНОВА — клинический психолог, кандидат психологических наук, управляющий партнер Центра образовательной кинесиологии, автор тренинга «Встань и иди».

Оригинал статьи: https://snob.ru/profile/30478/blog/121486

Записаться на прием

loudsiya@gmail.com

+7(968) 798-01-95

Форма записи
Задать вопрос

loudsiya@gmail.com

Спросить он-лайн